Призвание: почему его не находят, а вырабатывают
В 1997 году Эми Врзесневски с коллегами опросила 196 сотрудников двух университетов — от секретарей до профессоров. Затем взяла 24 однородных административных ассистента и проверила: у них должно быть меньше «призвания», чем у учёных? Нет. Распределение оказалось ровно таким же. И это перевернуло то, как наука думает об этом слове.
Призвание — не профессия и не редкое озарение. По данным Врзесневски с коллегами (Journal of Research in Personality, 1997, n = 196), около трети людей в любой должности воспринимают работу как призвание — от секретаря до хирурга. Тип ориентации не определяется доходом или рангом. Он формируется через то, как человек выстраивает отношение к своей роли: через осмысление задач, профессиональную идентичность и постепенное переосмысление изнутри.
«Найди своё призвание» — совет, который ставит людей в тупик вместо того, чтобы помочь. Как искать то, что неизвестно как выглядит? Большинство воспринимает призвание как нечто предсуществующее: оно где-то есть, нужно только набрести. Психологи, работавшие с этой темой три десятилетия, рисуют другую картину. Не находят. Вырабатывают.
Три ориентации — и одно удивление
В 1997 году Эми Врзесневски, тогда аспирант Пенсильванского университета, вместе с Кларком Маккоули, Полом Розином и Барри Шварцем опубликовала в Journal of Research in Personality исследование на 196 сотрудниках двух организаций с широким диапазоном должностей — от канцелярии до академической среды. Авторы предложили три типа ориентации к работе.
Работа-как-заработок (Job): человек ходит ради оплаты. Смысл жизни — за пределами офиса, работа — просто условие. Работа-как-карьера (Career): движет продвижение, следующая должность, накопление статуса. Работа-как-призвание (Calling): работа — часть идентичности, делается ради неё самой, несёт ощущение вклада в нечто большее.
В общей выборке распределение оказалось почти равным — примерно по трети в каждой группе. Это уже интересно, но ещё не удивительно.
Административный ассистент с призванием и профессор без него — по уровню удовлетворённости жизнью они поменялись местами. Призвание оказалось не должностным адресом.
Удивление пришло с подвыборкой: 24 административных ассистента одного отдела — одинаковая должность, одинаковый ранг, одинаковый уровень дохода. Логичное предположение: у людей без статуса и карьерного роста призвания быть не должно. Распределение оказалось ровно таким же: около трети в каждой категории. Ни должность, ни зарплата не объясняли, в какой группе окажется человек.
Те из ассистентов, кто воспринимал работу как призвание, показали тот же уровень рабочей и жизненной удовлетворённости, что и исследователи с профессорами в той же категории. Разница была не в том, что они делали — а в том, как они это воспринимали.
Призвание — не открытие, а процесс
В 2009 году Брайан Дик и Райан Даффи в концептуальной работе для The Counseling Psychologist описали, из чего призвание состоит. Три компонента: ощущение смысла, выходящего за рамки личной выгоды (beyond-the-self), целеориентированность и просоциальный мотив. Ключевое здесь — ни один из этих компонентов не дан изначально. Они формируются через опыт.
Это опровергает логику поиска. Последующие лонгитюдные данные подтвердили так называемую «апостериорную гипотезу»: призвание не предшествует занятости, а возникает внутри неё. В трёхволновых исследованиях показатели вовлечённости в работу и ясности профессиональной идентичности устойчиво предсказывали появление призвания во времени — но не наоборот. Сначала работаешь всерьёз, и в процессе возникает ощущение, что это твоё.
Как оно вырабатывается: job crafting
Врзесневски вместе с Джейн Даттон описала конкретный механизм в Academy of Management Review (2001) — job crafting: активное переосмысление своей роли изнутри. Не смена работы, а изменение угла зрения внутри неё.
Три направления крафтинга:
- Задачи: брать больше того, что ты находишь значимым, и меньше того, что не даёт смысла — не уходя с позиции.
- Отношения: выстраивать более насыщенные связи с теми, для кого твоя работа имеет реальное значение.
- Смысловая рамка: переопределять, в чём суть работы. Санитарка в больнице, считающая себя частью команды лечения, а не просто человеком со шваброй, — не самообман. Это изменение того, что она реально делает в своей голове относительно своего места.
Люди с призванием делают это постоянно, часто неосознанно. Это и отличает их от тех, у кого призвания нет, — независимо от должности.
Важная оговорка
Дик и Даффи в обзоре исследований призвания (Journal of Vocational Behavior, 2013) зафиксировали: наличие призвания без возможности его реализовывать коррелирует с повышенным стрессом. Если среда систематически разрушает то, что человек пытается в ней выстроить — смысл, отношения, идентичность — осмысление не спасает.
Проще: призвание — ресурс при наличии пространства для него. Если этого пространства нет совсем, и это устойчивое состояние, — сигнал о среде, а не о тебе.
Что делать
- Не ищи призвание как объект снаружи. Спроси себя: какие задачи в нынешней работе ты делаешь иначе, чем написано в инструкции — с бо́льшим вниманием, заботой или смыслом?
- Попробуй job crafting: возьми один аспект работы — задачу, отношение или смысловую рамку — и осознанно переосмысли его. Не как мотивационное упражнение, а как эксперимент на две-три недели.
- Если смысла в нынешней работе нет совсем — пройди тест на профориентацию: он покажет, с каким типом деятельности у тебя совпадение сильнее всего. Иногда проблема в отсутствии базового совпадения, и тогда крафтинг — не решение.
- Помни: ориентация меняется. Врзесневски показала, что она связана с контекстом, а не закреплена навсегда. Нынешняя работа — не диагноз.
Частые вопросы
Можно ли иметь призвание в «обычной» работе?
Да. В исследовании Врзесневски с коллегами (Journal of Research in Personality, 1997, n=196) около трети людей в любой профессии — от канцелярии до академической среды — воспринимали работу как призвание. Тип ориентации не коррелировал ни с должностью, ни с уровнем дохода.
Как отличить призвание от обычного увлечения?
Дик и Даффи (The Counseling Psychologist, 2009) выделили три компонента призвания: смысл, выходящий за рамки личной выгоды (beyond-the-self), целеориентированность и просоциальный мотив. Увлечение — интерес ради интереса. Призвание связано с ощущением, что делаешь что-то значимое не только для себя.
Что делать, если призвания нет и это не беспокоит?
Нормально. Около трети людей в выборке Врзесневски воспринимали работу как источник дохода — и с этим не было ничего патологического. Работа-как-заработок позволяет вкладываться в другие сферы жизни. Проблема возникает, когда человек хочет смысла, но не знает, где его взять.
Источники
- Wrzesniewski, A., McCauley, C., Rozin, P., & Schwartz, B. (1997). Jobs, careers, and callings: People's relations to their work. Journal of Research in Personality, 31, 21–33. doi.org/10.1006/jrpe.1997.2162
- Dik, B. J., & Duffy, R. D. (2009). Calling and vocation at work: Definitions and prospects for research and practice. The Counseling Psychologist, 37(3), 424–450. doi.org/10.1177/0011000008316430
- Wrzesniewski, A., & Dutton, J. E. (2001). Crafting a job: Revisioning employees as active crafters of their work. Academy of Management Review, 26(2), 179–201. doi.org/10.5465/amr.2001.4378011
- Duffy, R. D., & Dik, B. J. (2013). Research on calling: What have we learned and where are we going? Journal of Vocational Behavior, 83, 428–436. doi.org/10.1016/j.jvb.2013.06.006
Материал носит образовательный характер и не является профессиональной консультацией.
Узнай, с каким типом деятельности у тебя совпадение сильнее
15 минут, без регистрации. Профиль интересов и профессии с честными данными по твоей стране.
Пройти тест бесплатно →